Смерть русской литературы!

Я искренне приветствую каждого, кто зашёл сюда, чтобы отдать дань памяти Русской литературе!

И я вынужден начать тему Русской литературы с прискорбного сообщения:
«Господа! Русская литература умерла».
Я объявляю минуту молчания и прошу всех встать!

Благодарю!

Итак, Господа!
Быть может Вы не согласны с таким утверждением? Возможно Вы попытаетесь мне возразить?
Тогда давайте разберёмся.

Но для того, чтобы нам с Вами понимать друг друга и говорить (спорить) на одном языке, необходимо определиться с самим понятем «Литература». Итак, открываем Большую советскую энциклопедию (можно любую другую) и читаем:
«Литература

[лат. lit(t)eratura, буквально — написанное, от lit(t)era — буква], один из основных видов искусства— искусство слова.»

Искусство, Господа! Я подчёркиваю это слово. Именно — Искусство! Вот, что такое настоящая Литература.

А ведь Искусство — это образное, объёмное, чувственное и осмысленное отображение действительности, это итог внутренних переживаний человека, его страданий и борьбы с миром, с обществом, с самим собой, выплеснувшийся на книжные страницы.
Искусство слова — это возможность передать другим людям, сквозь пространство и время, своё настроение, свой страх, эмоции и мысли. Это возможность общения тех, кто уже умер и тех, кто ещё не родился.
Искусство слова — это реальная машина времени физически перемещающая нас в пространстве и позволяющая нам путешествовать в других эпохах, и иных мирах, ибо читая текст, мы переживаем настоящие живые эмоции, мы утопаем в мыслях автора, которого возможно, уже давно нет в живых.
И потому Литература это не просто искусство познания и отображения действительности, но искусство мистическое, божественное. Литература — это музыка слов не имеющая физических границ бытия. Литература — это волшебство!

Всякое художественное произведение есть акт духовно-эмоционального общения между людьми и вместе с тем новый предмет, новое явление, «сделанное», сотворённое человеком, а также — нечто познанное, открытое им.

И понимая всё это, я вынужденно задаю себе вопрос: «А можно ли назвать Литературой (Искусством слова) то, что мы имеем теперь?»

Ведь наверняка Вы согласитесь с тем, что читая Достоевского, мы невольно погружаемся во вторую половину 19 века, мы бродим вместе с Раскольниковым по тусклым и унылым улицам мрачного Петербурга, мы отчётливо слышим глухой удар топора нервно обрушенный Родионом на голову старухи-процентщицы, мы холодеем от ужаса, когда прижав окровавленный топор к груди, мы стоим вместе с ним за дверью и видим, как истерически трясётся задвижка, мы бежим вниз по лестнице и прячемся в квартире напротив, а чудом выбежав на улицу, трясёмся от ужаса и едва не забываем спрятать топор.

Читая Чехова и перелистывая страницы, мы видим, как перед нами, словно в окне несущегося поезда, мелькают удивительные, объёмные и завершённые образы чеховской России, проносятся удивительно непохожие друг на друга люди, счастливые и несчастные, смешные и жалкие, но каждый из них по-своему уникален и неповторим, в каждом из них, живёт Россия.

Читая Гоголя, мы окунаемся в красивый и одновременно мифический мир писателя, мы наслаждаемся полуденным зноем украинской степи, или прячемся от палящего солнца, мы дрожим от страха и поджимаем ноги при появлении умершей панночки, и, затаив дыхание, смотрим, как из печной трубы вылетает чёрт. Мы трясёмся в рессорной бричке Чичикова и любопытно выглядываем из окошка, чтобы обозреть необъятные просторы и неброскую простоту провинциального городка, каких по всей России многие сотни.

И вот всё то, что мы ощущаем, есть ни что иное, как Искусство слова, всё это есть подлинная Литература!

Это Литература заставляющая думать, переживать, помногу раз перечитывать и наслаждаться словом.

Так можно ли назвать Литературой (Искусством слова) то, что мы имеем теперь?

Русская литература умерла.
Да Здравствует Русская литература!

С Уважением,

Сергей Богатков